Жалеющий розги ненавидит своего сына!

М.Каплан - Жалеющий розги ненавидит своего сына

Жалеющий розги ненавидит своего сына!

Михаил Каплан

На книжной полке частенько натыкаюсь на старую, зачитанную до дыр книгу Януша Корчака «Король Матиуш». Я вряд ли буду ее перечитывать, помню ее наизусть, я ее никому не подарил, она путешествует со мной из страны в страну, из города в город. Мы читали ее с отцом, и я слышу, как пахнут табаком его усы, ямочки на щеках, глаза и что-то, что невозможно описать, обозначить, почти неуловимое, необъектное – его отношение, его свойства, то чем сегодня для меня пропитано воспоминание, классифицируемое в мозгу, как детство. Свойство – добрый и творящий добро, и доброму и злому.
Десятилетний мальчик Матиуш становится королем и вынужден разобраться, как же управлять государством. За ним нет Гарварда, зато у него большое и пытливое сердце. Мы с отцом разбирали каждую проблему, встающую перед мальчиком-королем, так папа пытался научить меня мыслить и сопереживать масштабно.

И вот однажды отец был вынужден пороть меня ремнем. Это было один раз, но мне хватило на всю жизнь.
В детском саду мы с другом размечтались попутешествовать, самостоятельно, этакие вольные странники!
Такая вот, "шлея, под хвост", и первое, что мы сделали - мы украли кошелек из сумки нашей любимой воспитательницы, которая и нашла нас с этими деньгами под кроватью. Нас извлекли и все узнали, что их товарищи подлые воришки.

Отец забрал меня, после очередных полусуток. Ему рассказали. Мы шли домой молча. Я пытался что-то сказать в свое оправдание, но он всю дорогу молчал.
Два дня меня отводили в сад, где все от нас отвернулись, и никто уже не хотел играть с нами, мы почувствовали, что мы какие-то заразные и не знали, что делать, я помню сейчас только ощущение большой, непереносимой, гадости.

На третий день отец забрал меня. Мы пошли домой.

- Как ты думаешь, что происходит? - спросил папа.

- Я не знаю, но мне плохо, - кажется, я зарыдал…

- Скажи, почему Матиуш действительно захотел стать королем?

- Он хотел, чтобы люди были вместе и заботились друг о друге, не забывали, что они один народ, и один в ответе за другого.

- Да, и этому можно научиться, если правильно играть в любую проблему, которая требует решения, даже в войну! Что было особенно важно для Матиуша?

- Он все пробовал на себе, я помню, ты еще сказал "на своей шкуре" и долго объяснял, что то, что человек не прожил, он никогда не поймет.

- Отлично. Предлагаю поиграть в игру, которую назовем - Суд. Любая ситуация, даже самая плохая, дается только для того, чтобы разобраться и научиться, что хорошо и что плохо, и больше не делать плохо. В нашей игре ты будешь одновременно судья, прокурор, адвокат. Помнишь, мы совсем недавно читали…

- А ты?

- Я? А кого нам недостает?

- Присяжных заседателей, правильно? - Отец кивнул, - молодец, запомнил! А еще?

- Есть дядя, который выполняет наказание.

- Правильно. Предлагаю во время игры меняться ролями, так будет интереснее.

- Да! - из прочитанных с отцом книг я уже знал, что суд, это когда один дяденька злой и ищет плохое, другой добрый, он защищает, а судья разрешает или запрещает говорить. Преступник наблюдает все со стороны и от него его судьба уже не зависит.

Мы начали играть, папа, конечно, мне помогал. Играли мы долго, а ведь он был после полутора суток бессонной работы. Я уже так не могу, мне часто не хватает терпения, но я стараюсь.

Некоторые вопросы участников игры врезались в память, как бы выгравировались на костях.

Адвокат: "А что хотел ты, когда решил украсть, о чем думал?"

Подсудимый: "Я думал, что я буду видеть новые страны, что будет хорошо и весело".

Прокурор: А отца ты с собой взять не хотел?

Подсудимый: Я забыл про папу, про всех.

На этом месте подсудимый заплакал.

- Ты хочешь, чтобы его с тобой не было, когда тебе хорошо? - выпрашивал прокурор.

- Нет! Папочка, ты всегда будешь со мной! - помню этот страх, что отца можно потерять, как Матиуш, который вдруг остался совсем один.

Адвокат: Смотрите, какой сильный "эгоистенок" пробудился в этой юной и пока еще чистой душе! Он заставил его забыть про Отца!

Забыть, что у Валентины Алексеевны есть сын Вовочка, которого она не сможет накормить. Мальчик останется голодный! Эгоизм заставил забыть его обо всех и служить тому, что хочет только Он. Какой хитрый!

Судья: Какое наказание требует для этого пробудившегося Эго – обвинение?

- А давайте его убьем! – закричал я-прокурор. Я так вошел в игру, что уже не понимал, кто где, и где, действительно, я.

Адвокат (здесь, я растерялся, и отец помог, он говорил за адвоката): Эгоизм убить невозможно, это часть природы. Но людям известно, что, зло, эгоизм, больше всего боится боли. Предлагаю розги – 2удара по попе, настоящим кожаным ремнем! Эгоизм помнит боль. Считаем, что это достаточная защита, от коварства мыслей, только о себе. Считаем, что, 2 удара достаточный заслон.

Присяжные вынесли решение, что 2 удара недостаточно, но хватит пяти.

Я настаивал на пяти, чтобы раз и навсегда.

Отец снял ремень. Я лег на диван и вдруг увидел, что он плачет, по его лицу текли слезы, я понял, что он не может меня ударить! Я больше никогда не видел слез на его лице, он был человек невероятно мужественный, добрый и терпеливый.

Видеть слезы отца было нестерпимо. Они стоят передо мной и сейчас.

Но решения суда – решения суда. Играть надо серьезно или не играть вообще, к такому выводу привел меня жизненный опыт прожитых лет.

Он ударил. Три, четыре, пять. Но что такое удары ремня, рядом с тем, что я тогда пережил и прочувствовал!

Я обидел, унизил отца, я, этот мой гадкий эгоистенок, эта мерзкая мыслишка только о себе, для себя, разрушила целый мир!

Отец своей любовью подарил мне яркую красную лампочку, будь начеку. Бойся сделать зло. Как только ты думаешь только о себе, ты разрушаешь мир!

Сейчас, став дедушкой, врачом, я отчетливо вижу эту силу любви, защищающую сердце всеми необходимыми средствами.

Из садика меня перевели в другой, через год я пошел в школу, где учительница мне рассказала, что я должен быть как Павлик Морозов! Больше я в эту школу не ходил, но это уже другая история.